Автор Тема: Яков Есепкин Готическая поэзия  (Прочитано 44993 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн silverpoetryАвтор темы

  • Частый гость
  • **
  • Сообщений: 172
  • Reputation: +41/-0
  • ChatRu.com - наш форум !
Re: Яков Есепкин Готическая поэзия
« Ответ #240 : 14 Июня 2020 15:33:48 »
Яков Есепкин

ГРАНАТОВЫЕ СИЛЬФИДЫ

•   «Книги Есепкина своей художественностью превосходят известные эталонные образцы русской литературы. Но это немыслимая, внетрадиционная, ультратемная художественность.»
                                                Ю. Капельман

I

 Бледных юношей злая парча
Золотистою мглою совила,
Где лесбийский пожар каланча
Царства Савского небам явила.

Всё Розина с Олимпией ждут
Принцев крови и герцогов статных,
Кони Ада ушами прядут,
Меч и будит младенцев сугатных.

Яд мешали принцессы в вино,
Герцогини от яств залетели,
И консьержей рябое сукно
Тлит парадные наши постели.

II

Гребни желтых окладов легки,
Амстердам наводнили химеры,
Нощно талии нимф высоки,
А рифмовницам чужды размеры.

Сад лелеет пиано, манит
Свет и мглу тирских линий молочность,
Где истлели шелка меццонит,
Италийская дремлет барочность.

Се ж парадные, вьется листва,
Исаакий горит за червицей,
И бессмертье вступает в права
Над колонией муз белолицей.

III

Тьма в зерцалах виется пустых,
Столы яств обреченны лишь ядам,
Не отроков ли петь золотых
Всемладым фьезоланским наядам.

Мел и басму с ланит оботрем,
Без лилей соявимся у Гебы,
Се, воистину мы не умрем,
Паче мая каморные хлебы.

Алчны музы, иные жалки,
Ах, Ниневии феи восплачут,
Где благие доднесь ангелки
Наши темные лилии прячут.

IV

Стол всещедрый ломится, пасхал
Упокойный ли ныне алеет,
Светоч камор божественно ал
И фаянс от вина тяжелеет.

Нас меловницы нощи опять
Ждут урочно, восковя и тесьмы,
Четверговкам сейчас вопиять
Суе, с алыми розами, здесь мы.

Ах, горит меж губами вода
У каких небовольных эриний,
Нощь пуста, лишь и тлеет Звезда,
И серебро точится от циний.

V


Нитки выдернут фавны из вей,
Бал грядет – подлетай, веселые,
Чу, голема начинье мертвей
И валькирии мечутся злые.

Вот и ангелы тверди, оне ль
Моргиану совлечь торопятся,
Крошка Цахес вдыхает шанель,
Здесь продавцы веков не скупятся.

Ал небашенный хором пустой,
Отобедали духи, а ужин
Средь гусынь чает фавн золотой
В нитках слив и червивых жемчужин.

VI

Пей, август, молодое вино,
Ядом перси юнон востекают,
Бал невест завершился давно,
Ит картавящих в ад ли пускают.

Суе узкие эти следы
Меццонит узодарственных тлели,
Пал Петрополь – горите, Сиды,
Царскосельские нежьте пастели.

Флорентийская полночь мертва,
Прадо нас лишь ожелтит сурово,
Где картен холостая канва
Источилась во темное слово.

VII

Вишни в мраморной крошке фаянс
Побиют и незвездные хлебы,
Се ли яствия, сказочник Ганс,
Мы одне и ночуем у Гебы.

Ах, ужель не осталось чернил,
Хоть и мраморных, ветхих, тлеенных,
Ах, Царь-колокол туне звонил,
Мир забудет владык опоенных.

Яд хозяйка еще пренесет
Меж начиний, сим ночь обиется,
И никто их, никто не спасет –
Всяк со вишней узорной тлеется.

VIII

Вдоль пасхальников змеи свились,
Течный воск от колец ниспадает,
На певучесть камен мы велись,
Кто сейчас их еще соглядает.

Просфира, просфира ли чадит,
Се и хлеб, и диамент нещадный,
Не за теми Геката следит,
Нас лишь пламень чарует обрядный.

Воски лейте, сколь мало вина,
Сколь и желти в крови не хватилось,
Нощь пустая юдольно темна,
Где во кровь столованье цветилось.

IX

 Меж созвездий лилеи цветут,
 Взнимем лики в холодную млечность,
 Аониды хотя ли почтут
 Май пенатов и нашу увечность.

 Се юдицы опять веселы
 И о них злые вдовы мелятся,
 И гнетет вековые столы
 Желть цветков, и оне веселятся.

 Здесь любили и мы пировать,
 Сгнили яства и сад неутешен,
 Хоть явимся еще - обрывать
 Звездный цвет с мертвожелтых черешен.


   Пророчество современника – за двадцать лет до глобального мирового кризиса. В России издана культовая эсхатологическая трилогия андеграундного писателя Якова Есепкина. Книги мистерии-триптиха «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «На смерть Цины» (электронная и печатная версии) на ведущих интернет-ресурсах. Сегодня Есепкин входит в элитарный круг литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.
•   Вниманию издательств, издателей, заинтересованных лиц – Есепкин (Мирс Артинин) открыт для сотрудничества. К изданию подготовлены книги «Сангины мертвых царевен», «Антикварные пировые Вифании», «Пурпур», «Эфемериды», «Сонник для Корделии». Контакт: mettropol@gmail.com



Оффлайн silverpoetryАвтор темы

  • Частый гость
  • **
  • Сообщений: 172
  • Reputation: +41/-0
  • ChatRu.com - наш форум !
Re: Яков Есепкин Готическая поэзия
« Ответ #241 : 21 Июня 2020 19:27:39 »
Яков Есепкин

СУКРОВИЧНЫЕ ВИШНИ У ИРОДА

•   «Ценителям Пруста или Борхеса, вновь решившим отправиться на поиски утраченного времени, либо вознамерившихся изучить его поливариантность, как и поливариантность будущего в целом, можно порекомендовать к чтению книги Есепкина. В них та же глубина и сила, но современника легче воспринимать и понимать.»
                                                                             Л. Самойлова
I


Подвенечные платья кроты
Сотаили для моли в комодах,
Цахес зол, а пурпурные рты
Шелкопрядов толкуют о модах.

Се камелии, нежат они
Дам бальзаковских лет и служанок,
Тайно Эстер манили огни
К юной Кэри от вей парижанок.

Источись, вековая тоска,
Нас оплакали суе теноры,
Падшей оперы столь высока
И лиются под ней фа миноры.

II

Конквистадоры в Персиях спят,
Хороши ль абиссинские вина,
Пировые колодниц слепят,
Где и лес, и  пиров сердцевина.

Рим барочный собился о штиль
Каталоньи, гуляй кто желаем
Аонидой, путрамент в утиль
Обращен королем Николаем.

Станет вечной Герникой весна,
Музам кровью восцветят ланиты,
И очнется Петрополь от сна,
Всех оплачут, сребрясь, меццониты.

III

Хлебы вечери лишь надломим,
О столах четверговки смеются,
Внове май желтизною томим
И сирени порфирные вьются.

Премучения наши легки
И трапезы с Аидом тлеенны,
Выше звезд юровые цветки,
Но амфоры Вифании пенны.

Мы ль стенаем еще в пировых
И над хлебами горькими плачем,
И вечерий алкая живых,
Золотыя букетницы прячем.

IV

Лигурийских мы чаяли волн,
Сень империи зиждется внове,
Яствий стол императорский полн,
Жены лилии шлют Казанове.

Не меловые каморы спят
Летаргическим сном, а Сирены,
Туне звать, царедворцы хрипят,
Вечный Рим отсчитал соверены.

Тот ли призрак венечной вдовы
Туберозы с шелков новомодных
Расточил и лелеют волхвы
Змеек в терпкости аур комодных.

V

Тайной вечери бледных детей
Берегут фарисеи теченье,
Вьются локоны близу ногтей,
Свечки смерти вершат обрученье.

Орлеанскую деву любить
Розокудрым вольготно амурам,
Разве детки венечных убить
И могли насмех угличским курам.

Бьют начиние, трюфли едят,
Пьют не чокаясь фата-морганы,
И кровавые тени следят
В царских операх Юзы и Ханы.


VI

Музы, Музы, не плачьте о нас,
Хватит вечности шелков сокровных,
Тще восславил безумцев Парнас,
Где еще и найти неборовных.

Были дамы с камельями злы,
Вкруг паргелии блещут, камени,
Золотые резвились ослы,
Где сейчас лишь багряные тени.

Желтый Питер следя, Полиект
Дивных ростр оглядит чаротечность,
И на гаснущий Невский проспект
Опустится шелковая млечность.

VII

Гипсы вечность и любит одне,
Тьма августа колонны овеет,
Скорбь утопим в ахийском вине,
Эос пусть над Невой розовеет.

С Мельпоменою ль ветхой рыдать,
Мы лишь тусклым нисаном коримся,
Хоть из смерти еще передать
Цинам вишен и мглы исхитримся.

Тушь ведите, менины, по сим
Бледным агнцам, их гипсам калечным,
Веясь, мелом сады угасим,
Всех под мрамором узрите млечным. 

VIII

Полон Рим благовонных гусей,
Углич кровию залили куры,
Венценосные отроки сей
Маринад ценят в цвете сакуры.

Гоям туне бежать Алкалы,
Дон Мигель тешит дев ханаанских,
Преломятся и ныне столы
От кошерных гешефтов испанских.

Стулья венские чресла блядей
На меловость царевн поменяют,
Маковицы узрит иудей –
Их венечье лишь к мертвым склоняют.

IX

Фавны оперы нас охранят,
Веселяся, витийствуйте, хоры,
Сводность ангели тусклые мнят,
Режут цоколь мелки Терпсихоры.

Белый царь ли, мышиный король,
Всё б тиранить сиим винограды,
Темных свечек заждался Тироль,
Негой полны Моравии сады.

И куда ж вы несетесь, куда,
Италийские ангели требы,
Нас одела иная Звезда
Во гниющие мраморы Гебы.


•   Пророчество современника – за двадцать лет до глобального мирового кризиса. В России издана культовая эсхатологическая трилогия андеграундного писателя Якова Есепкина. Книги мистерии-триптиха «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «На смерть Цины» (электронная и печатная версии) на ведущих интернет-ресурсах. Сегодня Есепкин входит в элитарный круг литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.
•   Вниманию издательств, издателей, заинтересованных лиц – Есепкин (Мирс Артинин) открыт для сотрудничества. К изданию подготовлены книги «Сангины мертвых царевен», «Антикварные пировые Вифании», «Пурпур», «Эфемериды», «Сонник для Корделии». Контакт: mettropol@gmail.com


Оффлайн silverpoetryАвтор темы

  • Частый гость
  • **
  • Сообщений: 172
  • Reputation: +41/-0
  • ChatRu.com - наш форум !
Re: Яков Есепкин Готическая поэзия
« Ответ #242 : 30 Июня 2020 14:43:13 »
Яков Есепкин

ФЛАМАНДЦАМ

•   «Астенический синдром давно поразил крупные российские издательские холдинги, существующие за счет госдотаций и темных схем. Современная литературоведческая элита путается в нормах орфографии и синтаксиса. Здесь не с кем говорить о великом искусстве, это категорический императив. Есепкин фатально одинок на своем ледяном Эвересте.»
                                                                          Д. Портников

I
 .
 Золотыя шары отисним
 Тонкой нитью червовой ли, пудрой,
 Спит Щелкунчик во мелах, а с ним
 Легок Рании сон белокудрой.

 Хвоя бледная, царственный мел,
 Юность злая и где, от германок
 Прочь, Гофман, сколь бояться умел,
 Веселись над фольгою креманок.

 Всё порфирные эти канвы
 Ближе к утру меловницам снятся,
 И герольды молчат, и главы
 Нимф со хвоями кровью тиснятся.

II

Желть во гребневом спрячем папье,
Мчат морганы по лунному следу,
Где чернильницы, Лютер, твое,
Суе ж баловать спящую Леду.

Рыцарь бедный клянет Амстердам,
Фонари днесь и мельницы красны,
Под химерами тих Нотр-Дам,
Виночеев синкопы напрасны.

Внесть алмазы сюда, голова
Иоанна ль взыскует муаров,
Ах, в путрамент наш желти канва
Истекла из пустых будуаров.

III

Се, гудят пировые без нас
И точатся небесности мая,
Хоть и лилии зрит ли Парнас,
Ядъ пием, их ещё вознимая.

Апронахи ль кровавы, одно
Их звездами цветили камены,
Лейте, лейте на мрамор вино,
Всемладые певцы Мельпомены.

Тще искать и мраморных огней,
Звезд обводки в миражах тлеенных,
И одне хороводы теней
О музыцах стенают военных.

IV

Ах, свечельницы гасятся тьмой
И гранатовых замков тенета
По нарезам ведут суремой,
Всякой деве альковной -- виньета.

Сколь одесно еще пировать
Милым феям и тени испевны,
Будем лилии Асий срывать,
Хоть всесводность увидят царевны.

Сех пасхалы во желть увили,
Желть со кровию льется по воскам,
Где лилеи на тронах цвели
И дарили безсмертие Тоскам.

V


Чермных роз ароматы пьянят
Бедных рыцарей, бледных апашей,
Май вознесся и кущи манят
Див и агнцев порфирною чашей.

Обернитесь, Гиады, камней
Мы черствее, из штофов меловых
Яд цедим, соглядая теней,
Буде пир во трапезных столовых.

Как упьется аидская рать,
Ханаан черепки отсчитает,
И явимся тогда умирать
В майском золоте, кое не тает.


VI

Перси млечных красавиц желты,
А и золото мы не ценили,
Убелим гребневые холсты,
Мел оставим на басмовой гнили.

Виноградные вина горят,
На басмах серебрятся виньэты,
Се рубины и кольца дарят
Бледным юнам всетусклые Эты.

В наш путраментный мрамор стеклась
Тусклость эта, юлою вертится,
Меловая была, но сожглась
Кровь чернил и наперстно желтится.

VII

Юных граций совьются шелка,
Заплетут повилику в лилеи,
Низок хмель, а еще высока
Персть юдоли и тьма Галилеи.

Хлеб порфирный на блюдах истлел,
Мыши ловко снуют меж суповниц,
Кто и вишни с царевнами ел –
Мертв давно и не тризнит альковниц.

И еще лики фей взнесены,
Мускус Фив и Асии точится
Над столами, и к замкам Луны
Мертвый всадник со лилией мчится.

VIII

Ледяные пасхалы затлим
Хоть цветочною желтию палой,
Это мы, это мы возбелим
Тьму юдоли восковницей талой.

Сумасшедших камен ли унять:
Нощно в окна ломятся и двери,
Благоречно еще отемнять
Колченогих рабынь Алигъери.

А к столам всепустым нанести
Просфиры и кагоров укажут
Данаидам – и мы о желти
Станем тлеть, аще хлебы ей мажут.

IX


Май волшебный, цвети и лелей
Тень Венеции, злать Одеона,
Мы любили небесность аллей,
Изваянья - призрачней Сиона.

Фей белили те гипсы и вот
Мглой портальный лишь сад овевают,
Вьют юдицы лозою кивот,
Днесь однех нас, однех убивают.

Хоть скорей, ангелочки, сюда
Отлетайте, под сени пустые,
Всё меж губ наших рдеет вода
И точатся в ней тьмы золотые.
 
•   Пророчество современника – за двадцать лет до глобального мирового кризиса. В России издана культовая эсхатологическая трилогия андеграундного писателя Якова Есепкина. Книги мистерии-триптиха «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «На смерть Цины» (электронная и печатная версии) на ведущих интернет-ресурсах. Сегодня Есепкин входит в элитарный круг литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.
•   Вниманию издательств, издателей, заинтересованных лиц – Есепкин (Мирс Артинин) открыт для сотрудничества. К изданию подготовлены книги «Сангины мертвых царевен», «Антикварные пировые Вифании», «Пурпур», «Эфемериды», «Сонник для Корделии». Контакт: mettropol@gmail.com



Оффлайн silverpoetryАвтор темы

  • Частый гость
  • **
  • Сообщений: 172
  • Reputation: +41/-0
  • ChatRu.com - наш форум !
Re: Яков Есепкин Готическая поэзия
« Ответ #243 : 07 Июля 2020 14:12:29 »
Яков Есепкин

ХАРИТАМ

•   «Есепкин повернул вспять течение отечественной словесности, создал скорбный и торжественный тезаурус, более соответствующий плеядам Золотого века, но слишком тяжелый и несоразмерный для Пушкина и современников. Быть может, это игра гения в бисер.»
                                                                               К.Славинский


I

Черной оспою царский альков
Наградят одалиски белые,
Пазолини Корабль дураков
Совлечет в кущи Асии злые.

Любят нимфы серебро волны,
Зри, Адонис, лядвийские мелы,
Что и Дафнис беспечный, Луны
Фаворитов смущают Камелы.

Внове Гретхен атласы целят,
Монастырские балы всеслышны,
И октябрь голубой веселят
Золотыя оцветницы Вишны.

II

По раменам лилеи текут,
Наш путрамент сейчас желтоцветен,
Мелоногие бляди влекут
Шум с собою и куфоры сплетен.

Собежались, Овидий, гляни,
Полоумные Хайки и Эты,
Желтью ль мраморы лечат огни,
Увили гипс некровный виньэты.

Ах, истлел серебристый муар,
Носят Иды бумажные клипсы,
И в зерцалах мелов будуар,
И темнеют лишь битые гипсы.

III

Со зерцалом иль нищей сумой
Наклонятся, прельем всенебесность,
Геть в обсиды – пугать суремой
Тучных крыс, чародействуй, словесность.

Едкий морок цветков юровых
Нам лишь ангелы бурь подносили,
На успенных и вечно живых
Разочлись, где и утро Сесили.

Суе Цинам во гипсах летать,
Мрамр целить за виньетой обойной,
Будут дев ангелки сочетать,
Всех означат порфирою бойной.

IV

Доливай, антиквар, доливай
Во начинье клико золотое,
Пусть и внове будит каравай
Шум пиров, это дело святое.

Мрамор тех столований пышней
Яствий Марфы, Вифании алость
Ярче неб и колонских огней,
Свечек тусклых чарует всеталость.

Нас однех сотрапезники ждут,
Прецветив танцовщиц бальзамины,
И цветки по серебру ведут,
И диамент лиют на жасмины.

V

За владыками звезды летят
В погреба и хладные обсиды,
Злые грации юношей чтят
Иль кошмарные, ветхие Иды.

Темной кровию дыши, сирень,
Огнебледные высь колоншпили,
У чумных изваяний мигрень,
С иудиц ли их нощно лепили.

Яко полночь и счастливо пьют,
Над столами клонясь меловыми,
Сукровицу по гипсам биют,
Меж нимфетками прячась живыми.


VI

Се чарницы нам, Хорхе Луис,
Каллиграфии спрятан учебник,
Шелком веет нежным Беатрис,
Под басмой колонтитульный требник.

Сколь барочные дивы белы
И воздушные их кринолины,
С мелом яд расточайте, юлы,
Веселитесь, Манон и Мелины.

Тушь у нимф по ланитам стечет,
Крыс лиловых мышъячные трюфли
Умирят и в Коринф совлечет
Аполлон легкобелые туфли.

VII

Се букет из колонских цветков,
Бледножелтые вянут лилеи,
Фей безумных святится альков,
Где оцветшие в яде аллеи.

Ах, Сесилия, гостя не жди,
Победители цвета не имут,
Ярки звезды на вышней тверди,
Их ли ангелы бездны обнимут.

Мрамор наш всё темней и темней,
Всё юдицы под ним пировают,
Мел и кровь от шелковых теней
Во начиния дев преливают.

VIII

Мы отпили, античных столов
Несть роскошества, бледны ланиты,
Звезды славы искал Птицелов,
Узрел ночи алкающей Иты.

Кто в фаянсе злаченом, они ль,
Бесноватые фаи с платками,
Пьют клико ли, вкушают ваниль,
Юн черникой манят и шелками.

Днесь опять меж салатниц галдят,
Со вишневых нектаров хмелятся,
И урочно за Корой следят,
И гранатовой тьмою целятся.

IX

В мае разве убитых встречать
Меж сиреневой пыли и славок,
Белошвейки ли станут кричать –
Им наколем алмазных булавок.

Бриллианты сверкают на дне
Тусклых амфор с вином из Женевы,
Над шкатулками чахнут одне
Утопленные белые Евы.

Ах, слетятся камены трубить
О бессмертье, о маке и хлебах,
И уже не дадут погубить
Ангелки нас во розовых небах.



   Пророчество современника – за двадцать лет до глобального мирового кризиса. В России издана культовая эсхатологическая трилогия андеграундного писателя Якова Есепкина. Книги мистерии-триптиха «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «На смерть Цины» (электронная и печатная версии) на ведущих интернет-ресурсах. Сегодня Есепкин входит в элитарный круг литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.
•   Вниманию издательств, издателей, заинтересованных лиц – Есепкин (Мирс Артинин) открыт для сотрудничества. К изданию подготовлены книги «Сангины мертвых царевен», «Антикварные пировые Вифании», «Пурпур», «Эфемериды», «Сонник для Корделии». Контакт: mettropol@gmail.com




Оффлайн silverpoetryАвтор темы

  • Частый гость
  • **
  • Сообщений: 172
  • Reputation: +41/-0
  • ChatRu.com - наш форум !
Re: Яков Есепкин Готическая поэзия
« Ответ #244 : 14 Июля 2020 10:09:58 »
Яков Есепкин

ХИМЕРЫ БЕЛЬКАМПО

•   «Сложное, сублимированное письмо Якова Есепкина всегда ассоциировалось с изысканной художественной элитарностью, эмблемной символикой интеллектуальной литературы. Сегодня книги мастера достаточно массово издаются в России, США, Канаде, однако их непросто отыскать на прилавках магазинов.»
                                                                                                     С. Каро

I

Волны, волны, плещите у врат
Виноградных иль Сузских о нети,
Черву пьем, с мелой Идам карат
И забросить ли в амфоры эти.

Набегайте, двоитесь, февраль
Чары любит и пламень морочный,
Будет звезды чеканить мистраль --
Пренесемся во холод барочный.

И не цвесть глинодержцам сеим,
Запечется кровавая пенность,
Мы букетики тусклые им
Всем собросим -- каждите временность.
 
II

Мел bel canto по саду течет,
Небо гаснет в окне венцианском,
Пьян садовник, о чем-то речет
С Бунюэлем на слоге ишпанском.

Лишь Брунгильда очнется от сна,
Занесут ей вишневые плюшки,
Точит мраморы ядом весна,
Мрачный замок, а белены вьюшки.

Сад утихший воспомни, молчи,
Желтью наши путраменты свили,
Где алмазные бьются ключи
Меж кантовок сиреневой цвили.

III

Звездоимным и несть высоты
В Гефсиманских садах ли, Вероне,
Со вином ли чрез наши персты
Волны по две текут к Персефоне.

Это соль и хлебницы земли,
Присно ангели вышние гневны,
Навели под румяна угли
Одержимые местью царевны.

Всё еще о коврах волокут
Нас по хвое их алчные тени,
Где лишь мглу и серебро цикут
Нощно мы прелием на зелени.

IV

Свечи выведем тусклой каймой,
Чернь по желти еще довиется,
Кто и хвалится нищей сумой,
Кто и с первой Звездой убиется.

Циминийскому лесу пылать
И чудесные длить променады,
А химерам одно – исполать,
Выше неб их руин колоннады.

Течны сеи цветницы и мглы,
Изваяния бледных прелестниц
Всё терзают пустые столы,
Восточаясь меж замковых лестниц.

V

 Мел стекает со шелковых лиц,
Милых отроков чествуют взглядом,
Век паяцев и падших столиц:
Славен пир алавастровым ядом.

Звезды мертвые имут иль срам,
Кто юниде ответствует пленной,
Ирод ждет нас к себе по утрам –
Вишни есть в сукровице тлеенной.

Всех оплакала твердь Сеннаар,
Шелк ужасен о персях Аделей,
Се и мы без высоких тиар
Меж порфирных лежим асфоделей.


VI

Лувр не помнит и Фландрия спит,
Желть фламандская вита кистями,
Католичества морок лепит
Ночь Рубенса земными страстями.

Питер Пауль, молчи и пьяней,
Цвет иные любили геральды,
Ныне бал и вовеки, теней
Мелы бьются о тлен Эсмеральды.

Виноградные ль кущи златы,
Нас Олимпии сад не дождался,
И желтицей чела превиты,
В кои вечности мрак соглядался.

VII

Темен мраморный сон, Людовик,
Что и выбить на белой камее,
Тайный август сотлил черновик,
Благо мрамора мы всенемее.

Византийские ль нимфы всерьез
Тщатся нам померанцевым шелком
Угрожать, негу бархатных слез
Пред златистым лияше осколком.

За Брунгильдою томной следит
Вновь Моргана, склоняясь над ядом,
Где тлетворную злать бередит
Саломея шелковым нарядом.

VIII

А  и с желтью серебро темней
Просфиры в затрапезности маков,
Блеска нет от понтонных огней,
Течны волны, а Рим одинаков.

Мрамор выбит и юдицы вдоль
Присноталых пасхальников пляшут,
Лижут воск, соклиная юдоль,
Нам цветками иродиво машут.

Плачь, Урания, небы твое
Диаментовый морок на песах
Не увьет, и свечей остие
Всё течет о маковых цимесах.

IX
.
Хоть с Гекатой в фамильный подвал
Опустимся: июльские вина
Блещут златью, где мраморник ал
И надежды пуста домовина.

И кургузая Цина ужель
Не хмелеет со крови, решится
Яко  розами выцветить гжель,
Вечность адских чернил устрашится.

Но, Гиады, не плачьте, август
Желтой вишней фаянсы литые
Оведет – мы из пламенных уст
Выльем яд на столы золотые.


   Пророчество современника – за двадцать лет до глобального мирового кризиса. В России издана культовая эсхатологическая трилогия андеграундного писателя Якова Есепкина. Книги мистерии-триптиха «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «На смерть Цины» (электронная и печатная версии) на ведущих интернет-ресурсах. Сегодня Есепкин входит в элитарный круг литераторов, претендующих на получение Нобелевской премии.
•   Вниманию издательств, издателей, заинтересованных лиц – Есепкин (Мирс Артинин) открыт для сотрудничества. К изданию подготовлены книги «Сангины мертвых царевен», «Антикварные пировые Вифании», «Пурпур», «Эфемериды», «Сонник для Корделии». Контакт: mettropol@gmail.com


 


Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования Yandex.Metrika